Через двадцать два года

Не речи,—

нет, я не хочу

Твоих сокровищ — клятв и плачей,—

Пера я не переучу

И горла не переиначу,—

Не смелостью пред смертью,—

ты

Все замыслы довоплотила

В свои тетради до черты,

Где кончились твои чернила,—

Не первородству,—

я отдам

Свое, чтобы тебе по праву

На лишний день вручили там,

В земле,— твою земную славу,—

Не дерзости твоих страстей

И не тому, что все едино,

А только памяти твоей

Из гроба научи, Марина!

Как я боюсь тебя забыть

И променять в одно мгновенье

Прямую фосфорную нить

На удвоенье, утроенье

Рифм —

и в твоем стихотворенье

Тебя опять похоронить.