Мемориалы и монументы

Смотрю на мемориал,

и вспоминаю как ритуал

Себя в пыли должностных элит,

Миллениалов, своей семьи.

Чувства не проявлялись,

Они росли каждый миг.

Я посетил целый мир,

и ни одно путешествие до сели,

Все еще не так важно,

Как путешествие из постели,

Детского уюта

Через серую кисть возрастных истерик

Где минуты вправду текут быстрее

Я больше не чувствую,

Лишь догадываюсь о существовании мистерий

Как о смотрящем из темени

Еле видным взглядом,

Или это моя истерика

Стала понятной материя

Конкретной, ровной как квадрат

Я сейчас раздвигаю намеренно

Рамки, валю опоры и рву пополам

Жгу мосты

Дожил до того что точность,

Стала прерогативой абстракции

А пламя из костра стало иллюстрацией

Стены квартиры лишь аквариум

И шоссе вдоль дома с его машинами

Мои единороги вдоль радуги

И скажут прокаженные про снятие розовых очков

Но снятие по Гегелю игла для торчков

Брошура от секты помешанных на фактичности

Ритуал современности - бессчетное вспоминание античности

Построенной не на политике и морали

А Гомеровской Илиаде,

То есть полете фантазии как ипостаси,

Основе для личности

Они заземлялись только когда отсутствие гравитации становилось излишне

Ноги забывали о наличности

Чтобы прийти в себя

Строили дворцы, выдумывали математику

А наши торцы напоминают Антарктику

Её холод, за то реальный

Родившись тут не бываешь молод,

Кругом чувствуется старость

Серп и молот между ушами звон

И grazie

Я предпочту кораллы, мемориалам

этим, мураллам и монументам.

Как клей, моменту

Предпочитает глубинка

А я голубику, ее лесную интимность

Этим словам и книгам,

И тому что проявляет жестокость,

Мне бы то что лечит,

Как бабушкины торты из желе,

Ее лечо.

Мне бы руки кому на плечи (сейчас клавиатуре)

И лечь, не о чем не думать.

Пускай несется,

А я на все здесь,

Стану вестником апокалипсиса,

И в одном лице, продавцом попкорна

с табличкой о конце культуры

И любом другом конце,

Я ставлю себе как цель

прокатится на уроборосе по кругу

Скинув ноги наружу и присев.