Ночь. II

Погаснул день!- и тьма ночная своды

Небесные как саваном покрыла.

Кой-где во тьме вертелись и мелькали

Светящиеся точки,

И между них земля вертелась наша;

На ней, спокойствием объятой тихим,

Уснуло все - и я один лишь не спал.

Один я не спал... страшным полусветом,

Меж радостью и горестью срединой,

Мое теснилось сердце – и желал я

Веселие или печаль умножить

Воспоминаньем о убитой жизни:

Последнее, однако, было легче!..

Вот с запада Скелет неизмеримый

По мрачным сводам начал подниматься

И звезды заслонил собою...

И целые миры пред ним уничтожались,

И все трещало под его шагами,-

Ничтожество за ними оставалось -

И вот приблизился к земному шару

Гигант всесильный - все на ней уснуло,

Ничто встревожиться не мыслило - единый,

Единый смертный видел, что не дай бог

Созданию живому видеть...

И вот он поднял костяные руки -

И в каждой он держал по человеку,

Дрожащему - и мне они знакомы были -

И кинул взор на них я - и заплакал!

И странный голос вдруг раздался: "Малодушный!

Сын праха и забвения, не ты ли,

Изнемогая в муках нестерпимых,

Ко мне взывал - я здесь: я смерть!..

Мое владычество безбрежно!..

Вот двое.- Ты их знаешь - ты любил их...

Один из них погибнет.- Позволяю

Определить неизбежимый жребий...

И ты умрешь, и в вечности погибнешь -

И их нигде, нигде вторично не увидишь -

Знай, как исчезнет время, так и люди,

Его рожденье - только бог лишь вечен...

Решись, несчастный!.."

Тут невольный трепет

По мне мгновенно начал разливаться,

И зубы, крепко застучав, мешали

Словам жестоким вырваться из груди;

И наконец, преодолев свой ужас,

К скелету я воскликнул: "Оба, оба!..

Я верю: нет свиданья - нет разлуки!..

Они довольно жили, чтобы вечно

Продлилося их наказанье.

Ах! - и меня возьми, земного червя -

И землю раздроби, гнездо разврата,

Безумства и печали!..

Все, все берет она у нас обманом

И не дарит нам ничего - кроме рожденья!..

Проклятье этому подарку!..

Мы без него тебя бы не знавали,

Поэтому и тщетной, бедной жизни,

Где нет надежд - и всюду опасенья.

Да гибнут же друзья мои, да гибнут!..

Лишь об одном я буду плакать:

Зачем они не дети!.."

И видел я, как руки костяные

Моих друзей сдавили,- их не стало -

Не стало даже призраков и теней...

Туманом облачился образ смерти,

И - так пошел на север. Долго, долго,

Ломая руки и глотая слезы,

Я на творца роптал, страшась молиться!