Память

Был мороз.

Не измеришь по Цельсию.

Плюнь — замерзнет.

Такой мороз.

Было поле с безмолвными рельсами,

позабывшими стук колес.

Были стрелки

совсем незрячие —

ни зеленых,

ни красных огней.

Были щи ледяные.

Горячие

были схватки

за пять этих дней.

Каждый помнит по-своему, иначе,

и Сухиничи, и Думиничи,

и лесную тропу на Людиново —

обожженное, нелюдимое.

Пусть кому-нибудь кажется мелочью,

но товарищ мой до сих пор

помнит только узоры беличьи

и в березе забытый топор.

Вот и мне:

не деревни сгоревшие,

не поход по чужим следам,

а запомнились онемевшие

рельсы.

Кажется, навсегда...