Первая смерть

Ты знаешь,

есть в нашей солдатской судьбе

первая смерть

однокашника, друга...

Мы ждали разведчиков в жаркой избе,

молчали

и трубку курили по кругу.

Картошка дымилась в большом чугуне.

Я трубку набил

и подал соседу.

Ты знаешь,

есть заповедь на войне:

дождаться разведку

и вместе обедать.

«Ну, как там ребята?..

Придут ли назад?..» —

каждый из нас повторял эту фразу.

Вошел он.

Сержанту подал автомат.

«Сережа убит...

В голову...

Сразу...»

И если ты

на фронте дружил,

поймешь эту правду:

я ждал, что войдет он,

такой,

как в лесах Подмосковья жил,

всегда пулеметною лентой обмотан.

Я ждал его утром.

Шумела пурга.

Он должен прийти.

Я сварил концентраты.

Но где-то

в глубоких

смоленских снегах

замерзшее тело

армейского брата.

Ты знаешь,

есть в нашей солдатской судьбе

первая смерть...

Говорили по кругу —

и все об одном,

ничего о себе.

Только о мести,

о мести

за друга.