Старому другу

А. П. Саломону

Двадцатый год — веселье и тревоги

Делить вдвоем велел нам вышний рок.

Ужель теперь для остальной дороги

Житейский нас разъединит поток?

Заключены в темнице мира тленной

И дань платя царящей суете,

Свободны мы в божнице сокровенной

Не изменять возвышенной мечте.

Пусть гибнет все, что правды не выносит,

Но сохраним же вечности залог,—

Того, что дух бессмертный тайно просит,

Что явно обещал бессмертный Бог.