В метель

Я жизнь свою, как бритву, тонко правил:

хотел, чтоб без зазубринки была...

Жизнь оказалась просто шире правил

любых! Она черна. Она бела.

Вот занавески длинные из тюля.

Натерт паркет. Будь умник! Не сбеги...

Жизнь развезло! Смотри в окно, чистюля!

Натягивай до бедер сапоги...

Ворчит шофер. Он, видно, с перепою.

Повсюду тьма. Где мы сейчас? Бог весть!

И хлещет дождь. Сечет глаза крупою...

И ты поймешь: вот это жизнь и есть.