Венера в Лувре

Безрукая, обрубок правды голой,

Весь в брызгах пены идол божества,

Ты людям был необходим, как голод,

И недоказан был, как дважды два.

Весь в брызгах пены, в ссадинах соленых,

Сколоченный прибоем юный сруб.

Тысячелетья колоннад хваленых,

Плечей и шеи, бедер, ног и рук.

Ты стерпишь всё — миазмы всех борделей,

Все оттиски в мильонных тиражах,—

О, только бы глядели и балдели,

О, лишь бы, на секунду задержав

Людской поток, стоять в соленой пене,

Смотреть в ничто поверх и мимо лбов,—

Качая бедра, в ссадинах терпенья,

В тупом поту, в безруком упоенье,

Вне времени!

И это есть любовь.